Наша группа в Facebook Наша группа в Одноклассниках Наша группа в ВКонтакте
Наш аккаунт в Twitter Наш аккаунт в Instagram Наш канал на  Youtube

 

 

Конкурс «Меняющийся музей в меняющемся мире» Виртуальный тур "ЕСЕНИНСКИЙ КРАЙ"
Торгово-выставочный центр Гостевой дом
Чайная

 

 

Приемная

Тел. 8(4912)55-03-06;
Факс 8(4912)55-03-07

Заказ экскурсий
8(49137) 33-2-57;
8-910-566-64-97

Электронная почта: info@museum-esenin.ru

Исторический контекст поэмы С.А. Есенина «Песнь о Евпатии Коловрате»

В.Ю.Евдокимова,

заведующий отделом научно-экспозиционной

и выставочной деятельности

Государственного музея-заповедника С.А. Есенина

 

Поэма «Песнь о Евпатии Коловрате» была написана С.А. Есениным в 1912 году (именно такая датировка стоит у автора) в Спас-Клепиковской второклассной учительской школе, в тот период она имела несколько иное название – «Сказание о Евпатии Коловрате, о хане Батые, цвете троеручице, о черном идолище и Спасе нашем Иисусе Христе». Точных сведений об истории создания поэмы нет. Тем не менее, мы можем предполагать, что особое  место в творческой биографии С.Есенина занимает «Слово о полку Игореве». Известно, что на протяжении всей своей жизни С.Есенин восхищался «Словом» и знал его наизусть. Интерес к данному произведению родился еще во время учебы в Спас-Клепиковской второклассной учительской школе. Мы также можем предполагать, что под влиянием изучения этого произведения, а также будучи рязанцем, хорошо знавшим историю родного края, С.А.Есенин и создает свою поэму «Песнь о Евпатии Коловрате». В последствии поэт признавался И. Розанову: «Знаете ли, какое произведение произвело на меня необычное впечатление?! – «Слово о полку Игореве». Познакомился с ним очень рано и был совершенно ошеломлен им, ходил, как помешанный. Какая образность!» Есенинское увлечение этим произведением подчеркивали и И.Старцев, и В. Чернявский, и И. Рахилло. В. Чернявский вспоминал: «Его любимыми книгами в это время были Библия, в растрепанном, замученном виде лежавшая на столе, и «Слово о полку Игореве». Он по-новому открыл их для себя, носил их в сердце и постоянно возвращался к ним в разговорах, восторженно цитируя отдельные куски, проникновенно повторяя: «О, Русская земля, ты уже за горою!»[1]. И. Рахилло приводит в своих  воспоминаниях диалог поэта с одним профессором историком, который произошел в Московской книжной лавке в 20–е годы. Профессор попытался доказать, что «Слово» - произведение не оригинальное и исторически не точное по сравнению с летописями. Есенин же утверждал: «Автор «Слова о полку Игореве» - художник, он поэтически нарисовал поход Игоря и сумел гораздо правдивее показать и раскрыть глубокую сущность его неудачи, ибо художник, поэт действует и мыслит живыми образами». Приводя на память описания битвы, бегство Игоря и другие сцены, Есенин восхищенно выкрикивал: «Каково, а!... Такой выразительности от души позавидовать можно, - и было видно, что он действительно от всей глубины сердца завидует автору поэмы. – Вот бы в наших временах такое создать!»[2]

Б.В. Двинянинов в своих работах подчеркивает, что в основе исключительной любви к произведению лежали не внешние ассоциации и подражания, а сам дух «Слова», диалектика внутреннего видения поэта, его историческая чуткость к судьбам Родины, широкий взгляд поэта на истоки и исход социальных событий[3]. Вполне вероятно, что эта мечта возникла не в тот период жизни поэта, а гораздо ранее, когда Сергей Есенин только начинал знакомиться с произведениями древнерусской словесности.

Исходя из исследования С.И. Субботина «К истории текстов «Иорданская голубица», «Ленина» и «Песнь о Евпатии Коловрате», мы можем отметить, что история допечатного бытования поэмы «Песнь о Евпатии Коловрате» в основном содержится в воспоминаниях Иванова-Разумника, литературного критика и издателя, которому поэт читает свое произведение в 1914 году,  текстолог кратко изложил их после выхода в свет есенинского «Собрания стихотворений» в 1926 году. Существует два варианта этого рассказа: первый был опубликован в 70-е гг. по источнику, хранящемуся в ГЛМ. При жизни поэта поэма не публиковалась в сборниках. Иванов-Разумник вспоминает один из разговоров, во время которого речь зашла о «заумной поэзии» или «глоссолалийном» творчестве, к которому сам поэт приписывал и свою поэму. Она была наполнены диалектизмами (областными словами), которые были малопонятны обычному читателю. В тот день поэт записал для Иванова-Разумника «Песнь о Евпатии Коловрате». О дальнейшей судьбе произведения мы также узнаем из воспоминаний: публикация «Песни» состоялась в 1918 году в газете «Голос трудового крестьянства». В 1925 году значительно переработанная она была помещена в полное собрание стихотворений, выпущенное в 1926 году. Произошли изменения в названии поэмы, в начале своего существования она была «Сказанием», после переработки – «Песнью».

В 70-е годы П. Юшиным проводилось исследование, результатом которого стало утверждение, что есенинская поэма резко отличается от письменных источников, таких как «Повесть о разорении Рязани Батыем» и,  вероятно, свое начало ведет не от них, а скорее от фольклорных источников[4]. В самом деле, если проанализировать произведение, можно отметить только одно текстуальное совпадение: «Татарове же мняша, яко мертви восташа» и «Не рязанцы ль встали мертвые». «Повесть» рассказывает о воеводе, который был во граде Чернигове, а вернувшись и увидев сожженную родную землю, отправляется в погоню за татарским войском и погибает геройски в такой битве, что даже Батый говорит о нем с великим уважением. Сергей Есенин называет воеводу кузнецом, к которому обращаются бояре, просят о защите Руси, как это было у былинных богатырей. Но рязанский богатырь погибает на поле битвы, не сумев одолеть войско хана. А Батый приказывает из черепа сделать чашу. Отметив несхожесть двух текстов, исследователь приходит к выводу: «Едва ли поэт был готов к коренной идейно-художественной переработке такой яркой и сильной повести, если даже он и знал ее, ведь несоответствия «Сказания» с «Повестью» носят коренной характер»[5]. Однако относительно знакомства с произведением древнерусской литературы сомневаться не приходится, если изучить курс занятий второклассной школы, где учился поэт, то можно заметить, что проходилось, как на уроках словесности, так и изучая историю. Так, например, в учебнике русской истории для средних учебных заведений и городских училищ 1909 года было сказано: «Татары напали на рязанскую землю. Рязанские князья послали за помощью во Владимир к великому князю, но тот отказал. Пришлось Рязанцам (так!) отбиваться своими силами от всей орды татарской. После крепкой защиты Рязань была взята, князья умерщвлены и вся земля рязанская разорена»[6]. Другой учебник русской истории, составленный К. Елпатьевским, выпущенный в 1906 году, оказывается  более подробным. Автор не только повествует о нашествии татар, но и объясняет причину поражения: «Другие князья не подали помощи рязанцам и не соединились вместе для общего отпора татарам, а действовали отдельно, вследствие чего не имели успеха»[7]. Рядом же описывается и бой богатыря Евпатия Коловрата, который с маленькой дружиной начал «злую сечу», уцелевшим в этой битве, пишет автор, татары из уважения к храбрости даровали жизнь. Таким образом, можно с уверенностью говорить о знании Есениным истории родной страны.

Вероятнее всего, различия текстов обуславливается  желанием создать намеренное противопоставление, это подчеркивает в своей статье и Л. Бельская, которая пишет: «Характер расхождений наводит на мысль, что мы имеем дело, скорее всего, с намеренным противопоставлением, которое ощущается во всем: в стремлении запечатлеть не картины военных столкновений, а детали быта, создать психологический портрет главного героя, вплоть до его привычек и занятий; в попытках по иному, чем в повести, объяснить причины поражения Руси и гибели Евпатия…  Это, по всей вероятности, сознательное отталкивание от произведения древнерусской книжности заставляют нас искать другие источники, питавшие первый эпический опыт С.А. Есенина»[8]. П. Юшин в своей статье пытается соотнести «Песнь» с древней песней о Евпатии Коловрате, которая сохранилась в народной памяти. Критик исходит из гипотетически восстановленной Б.И.Путиловым исторической песни о Коловрате и высказывает предположение, что она до сих пор не исчезла на Рязанщине, вероятно, именно по этой причине неоднократно повторяет в своей работе слова: «Здесь песни о Коловрате могли сохраниться в памяти народа, и поэт… земляк Евпатия, мог слышать их у себя на родине»[9]. Л. Бельская утверждает, что данное мнение не является достаточно основательным, т.к. на тот момент исследователями рязанского фольклора не было выявлено сохраненных исторических песен, посвященных битве рязанского воеводы с татарами. По ее мнению произведение Есенина не было перепевом какой-либо исторической песни, т.к. в народном творчестве не могло быть произведения «столь сложного по композиции, состоящего из столь разнородных частей, мотивов и приемов»[10]. Правильней было бы предположить, что поэма Есенина близка к былинам и духовным стихам, а значит, следует говорить не о происхождении есенинской поэмы от песни, а о попытке автора создать стилизацию под народный эпос. Кроме того, следует отметить, что «Песнь о Евпатии Коловрате» связана не только с «Повестью о разорении Рязани Батыем», но и в целом с «Повестью временных лет». Обращает на себя внимание концовка поэмы, которую Есенин меняет, в последних строфах наблюдается явная перекличка с «Повестью временных лет», изображение гибели удалого кузнеца Евпатия близко к летописной иллюстрации гибели князя Святослава в бою с печенегами:

Возговорит лютый ханище:

«Ой ли, черти, куролесники.

Отешите череп батыря

Что ль на чашу на сивушную…»[11] (Есенин С.А.)

«Когда  наступила  весна,  отправился  Святослав к порогам. И напал на него Куря, князь  печенежский,  и  убили  Святослава,  и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав  его,  и  пили  из  него». (Повесть временных лет)[12].
Таким образом, проанализировав исследования, посвященные первой поэме С.А. Есенина, мы можем заключить, что «Слово о полку Игореве», «Повесть временных лет» - только одни из нескольких источников, послуживших основанием «Песни о Евпатии Коловрате», которые поэт осмыслил и воплотил в своем историческом произведении. Избрав собственную трактовку исторических событий, он углубляет психологический подтекст произведения, вводя его в еще более широкую национальную перспективу.

 

 


[1] В.С. Черняевкий. Три эпохи встреч (1915-1925) / С.А. Есенин в воспоминаниях современников в 2 т., т.1, М., «Художественная литература», 1986. С. 220

[2] И. Рахилло. Московские встречи, М., 1961. С. 44-46

[3] Б.В. Двинянинов. «Слово о полку Игореве» в юношеской лирике С.А. Есенина/С.А. Есенин. Эволюция творчества. Мастерство. Рязань, 1979. С.69

[4] П.Ф. Юшин. Поэма С.Есенина о Евпатии Коловрате. «Известия АН СССР», серия литературы и языка, т. 24, вып. 1, 1965 . С. 20

[5] Там же. С. 22

[6] Учебник русской истории с рисунками, картами, таблицами и вопросами для повторения. Элементарный курс для средних учебных заведений и городских училищ. /Сост. М. Острогорский. СПб, 1909. С.32

[7] Учебник русской истории с приложением родословной и хронологической таблиц и указателя личных имен.// Сост. К. Елпатьевский, 10-е изд., СПб, 1906 С. 62

[8] Л. Бельская. К вопросу о первой поэме Сергея Есенина//Русская литература,№3, 1966. С.207-209

[9] П.Ф. Юшин. Поэма С.Есенина о Евпатии Коловрате. «Известия АН СССР», серия литературы и языка, т. 24, вып. 1, 1965 г. С.24

[10] Л. Бельская. К вопросу о первой поэме Сергея Есенина//Русская литература,№3, 1966. С.207-209

[11] ПСС, т.2.,М., «Наука»-«Голос», 1997. С. 179

[12] Памятники литературы Древней Руси. Х-начало XII века. М., 1978. С.88

 
© Государственный музей-заповедник С.А. Есенина, 2005-2017.
Все права защищены.
При использовании материалов сайта ссылка на сайт обязательна.
Музеи России